ЗАПУТАННЫЙ ЦЕНТРАЛ.

19 февраля 2018

Кому что, а я всё о минете. Потому что живу в Запутанном Централе и больше так не могу: очень много закоулков и тонюсеньких улиц, специально, чтобы меня путать. Я бы хотела переехать в район на несколько уровней выше, где всё либо чёрное, либо белое, чтобы мой мозг и нервная система могли находиться в зоне вечного отпуска. Увы.

Как и у большинства женщин (у всех?), у меня есть своя история о принеприятнейшем сексуальным опыте, о ней я уже писала здесь. Изначально я упомянула об этом в контексте рассуждений, что минет, щедро прописанный самой же собой, тоже может попасть в файл «Принуждение». Может, может. В моём случае, и, не боюсь на правую руку поспорить, в миллионе других случаев, минет был предложен как безысходный компромисс: что угодно, только не полный секс. Сексом по-взрослому я в тот вечер заниматься была морально не готова, а молодой человек, с которым у нас было несколько свиданий, не реагировал на мои сигналы (что были не сигналы, а конкретные «Давай не будем»). Меньшую из двух зол взяла, если хотите.

И этот молодой человек, всё ему не спится, вышел со мной на связь через незамысловатый смс почти три года спустя с нашей последней встречи. Тут стоит отмотать плёнку чуть назад и использовать немножко красок. За те несколько свиданий, что у нас были (не помню сколько, тяжело сказать, потому что встречались, вроде, много, но редко), я пришла к выводу, что сапоги хорошие – надо брать, молодой человек был очень мил. Скромный, вежливый, заботливый. Мы оба любим хип-хоп и искусство – опа, вот и общие интересы. Большим его недостатком я посчитала неумение/нежелание поддерживать виртуальную связь: куча смс-ок, оставленных без ответа, вечно проваливали мои планы. Когда я говорю «его недостаток», я имею в виду свои приливы злости, потому что до сей поры так и не врубаю, что это значит: не отвечать на звонки, пропадать и без предупреждений вновь появляться, типа, «привет, чё делаешь». А коль ни отношения, ни встречи не продолжишь, когда вторая половина использует своё право хранить молчание, пузырьки в бокале со временем утихают. Я не хотела, чтобы встречи прекращались, как уже сказала, он мне нра, но моё «нра» не было взаимно.

Ну и плюс этот инцидент с минетом.

Вернёмся к прошлой неделе. Можно я дам ему псевдоним? Ох, дам ему псевдоним и почувствую себя настоящей писательницей! Назову Юрой. (Его не зовут Юра, это псевдоним.) Юра, значит, всплыл вновь на поверхность при помощи нехитрого текстика «Марина, мне так многое нужно тебе сказать». Ядрён батон. Я, понятно, отреагировала не на то, что он меня кинул и три года спустя об этом пожалел, а на то, что он, под впечатлением и приливом информации о бесконечных сексуальных домогательствах и что с ними делать, больше не смог вынести тяжести своей вины, каждый день поедающей его изнутри, на то, что он сам себе не оставил другого выбора кроме как собраться с силами и вдумчиво, красноречиво извиниться. Вы уже хохочете? Моя лучшая подруга Келли над этими предположениями уже хохотала. А мне всё равно, я натура серьёзная, стало быть, с серьёзными мыслями.

Чесслово, если бы не думала, что дело в извинении, я бы его текст проигнорировала – на чёрта оно мне столько раз на одни и те же грабли: как только мой интерес к нему начнёт повышаться, его ко мне начнёт понижаться, устала Алла. Но так как НЕСОМНЕННО всё упиралось в мольбу о прощении, то, конечно же, я предоставлю этому молодому человеку (Юре) шанс и благословлю его отпущением сего греха, ведь не только к таким поступкам далеко не все готовы и он молодец, но и я практически Ганди.

Если вы не стали тогда смеяться вместе с моей Келли, то начнёте сейчас, ничего страшного, я потерплю. С Юрой мы не встретились (по-прежнему для него остался челлендж вовремя отвечать на сообщения), и так меня это взбесило, что в злости, которая замаринадилась за три года, я выслала не самый терпимый, но зато самый ругательный смс типа «Ты козёл, хватит мозг насиловать, один раз уже изнасиловал». Немножко была неправа, вспылила, каюсь. Зато позвонил он сразу. А теперь: помните, как я упомянула, что Юра очень хороший? По ходу, придётся мне продолжать придерживаться этой теории, потому что, услышав его голос по другую сторону провода беспроводного аппарата, я заскучала обо всех его хорошестях.

Неа, сто процентов не в курсе он, что тем вечером что-то было не так и уж тем более против моей воли. Итить твою налево, это меня и мгновенно приземлило (да-да, так все и бегут с извинениями за произошедшее три года назад), и, прям, шокировало. Никого не шокирует, а меня шокирует. Два человека вместе в одной ситуации - полярно противоположный взгляд на происходящее. Я о том вечере иногда думаю, вспоминаю, что и как, о моментах, которые довели до разочарования и расстройства, о том, говорила ли я «давай не будем» отчётливо и достаточно громко и ясно, но вода утекла, сейчас детали припомнить трудно. Я помню его лицо и его поцелуи, потерянные и ушедшие полностью в происходящее, не верящие моим «стоп». Забыться в происходящем, кстати, не оправдание. Так же, как и «я этого не помню».

После моего наотрез отказа принимать вшивое «Извини, что тебе было плохо» (блин, НЕА, не позволю просить притворное прощение ЗА МОИ ЖЕ ЧУВСТВА), родилось настоящее, правильное «прости, что я так поступил». И усё. Как бальзам «Звёздочка» без вонизма замазал мне душу и успокоил воспоминания. Я Юре-то верю. Я верю, что он тогда не усомнился ни в моём разрешении на происходящее, ни что всё происходило по доброй воле. Поэтому и пишу здесь сегодня: всё произошло НЕ ПО ДОБРОЙ ВОЛЕ, я не хотела! Тот факт, что мои воспоминания о Юре за последние три года свелись лишь к одному неприятному инциденту, о чём-то говорит, наверное.

Что логическим (совсем не логическим!) путём подводит меня к следующей головной боли: он мне так и нравится, гад такой. Нравится, хоть тресни. Предполагаю, что после ведра агрессии, что вылила на его телефонный скрин, он больше на меня не поведётся, я вчера весь вечер провела в раздумьях и подсчётах о: а) стоило ли использовать тяжёлую артиллерию слова «изнасиловал» и б) ну КАААААК так составлен мой мозг, что после трёх лет совершенного пофигизма, один телефонный звонок перечёркивает всё, что я за эти годы переваривала? Не пойму, хоть убей. Терпеть не могу свой тупёж. Хочу обратно в праведность и справедливость. Это ж стокгольмский синдром или как там его. Свободу попугаям!