ЦВЕТЫ ЖИЗНИ.

26 декабря 2017

Дома хорошо. Мама с папой и Софьей у них дома, я – у себя, через дорогу. Пока начала это печатать, снег пошёл – редкий, с огромными снежинками – и не оставил мне выбора, как прекратить притворяться, что я не переношу зимнюю погоду. Пока Соня поудобней расположилась у бабули с дедулей (у «Витечки» и «Милочки»), я, опа, располагаю необъятной кучей времени, которое разумно трачу на то, чтобы пялиться в окно и ни о ком кроме себя любимой не проявлять физической заботы. Пока кружатся хлопья. Вот уж предновогодний праздник!

На следующей неделе напишу больше о праздничной суете, тогда уже всего несколько дней останется до САМОГО БОЛЬШОГО, до Нового Года, больше будет времени насмотреться на Сонины хлопоты, неподдельную радость, невоздержание от эмоций и всего, чему и следует предшествовать 12-му бою Курантов. Понаблюдаю, заряжусь и напишу. А сейчас, в гордом одиночестве и эгоизме, мысли в основном о том, как умиротворённа жизнь, когда о ребёнке заботятся мои родители. Я Соню каждый день и вижу, и как бы не вижу – лепота. Время, проведённое в одиночестве – это время, с которым мало что может сравниться. Короче, это я вокруг да около, невнятно и запинаясь, пытаюсь сказать, что дети – не автоматический ресурс непоколебимого счастья.

Нам очень повезло жить в эпоху, когда и женщины, и мужчины ощущают больше свободы, чем когда-либо раньше, в принятии решений о заводе детей. Те, кто решают «против», меня притягивают к себе как муху на навоз. Я таких людей обожаю: идут тихим сапом наперекор самому основному, чему их с рождения учили и к чему готовили. А они такие: «Да ну его к псам собачьим, размножение это, я реально готов(а) на всё, что угодно, только не детей растить». Здесь, я вас очень прошу, не подумайте, что я сама ребёнка родила под давлением из вне (давление было, но в принятие решения оно не вошло) – я раз и навсегда проясню, что осознанно хотела ребёнка, потому что хотела воспитать личность – но я также не желаю притворяться, что была бы меньше счастлива, если бы мой выбор был иным. Жизнь толстенная. Она напичкана различными вещами, неувиденными местами, непрочитанными книгами, оставшимися недописанными историями, незаработанными деньгами, невызубренными нотами, интересными людьми (тут немножко перебор, каюсь: я не то, что с людьми знакомиться, я из дома-то раз в пятилетку выхожу). Разделяя жизнь с человеком, у которого не только есть уже собственные обязанности (школа, выходные у папы, тд, тп), но и в которого нужно вливать Капиталы с большой буквы «К», у меня не будет возможности проделать многое из прекрасного, о котором иногда мечтается. Без проблем – я знала, на что шла (ОК, лукавлю, не очень знала). Но если бы в другой жизни у меня была возможность делать то, о чём иногда мечтается, это было б то же «Без проблем». Самодостаточность обладает огромными ресурсами.

Может, поэтому я отказываюсь верить, что материнство – это высшая точка достижений для женщины. Кто сказал, что если женщина не родила, она не полноценная? Не настоящая? Не ЖЕНЩИНА? Какая собачья чушь. Я отказываюсь видеть в бездетных людях отклонение от нормы. Женщины как с пятью детьми, так и без одного достойны одинакового восхищения. Материнство – это не черта характера, не описание личности, материнство – это выбор вести жизнь, отличную от той, которую вела до сих пор. Жизнь другую, а не жизнь лучшую. Поэтому неа, я точно не задаю себе вопрос: «Где же та «Я» из разбитного прошлого, жива ли она под слоем соплей, какашек и машинок би-би?» Конечно, жива! Куда она уйдёт? За памперсами если только. Я была бы очень благодарна, если бы все успокоили свои сиси и приуменьшили восклицания типа «омайгад, я вся завалена влажными салфетками, грудь трещит по швам, и ребёнок срыгнул на мой новый халат, ха-ха теперь я точно настоящая мама». Я вас умоляю.

Многие родители утверждают, что дети заставили их самосовершенствоваться, стать лучше. Я им верю. Как верю и самой себе в том, что за своё самосовершенствование ответственна была я сама, и жизнь приняла новый виток, когда я перестала бухать каждые выходные и постаралась быть добрее к своим родителям. Ни к чему из этого мой ребёнок приучастен не был, просто та «Я из разбитного прошлого» изначально была настолько отвратительна, что, кроме как вверх, пути не оставалось. А Сонино незабываемое участие состояло в том, что она в этот непростой отрезок моей жизни находилась рядом. Она об этом не знает, но я знаю. Именно в этом для меня состоит бесценность материнства, именно за это я свою дочь всегда буду любить.