(ИСКОВЕРКАННАЯ) ПРАВДА.

5 декабря 2017

Софьино поведение избалованного поросёнка за прошедшие три недели достигло такого пика, что я потерялась совсем на тропе материнства, забыла, куда шла. Последняя мулька в том, что Соня решила признаваться в грехах своих, во всём, что делает поперёк моим просьбам, пока я не вижу. Глазки, как кот из «Шрека» раскроет, овечкой прикинется и кается каждый день (!), и я не могу раскусить, то ли действительно переживает, что не слушается меня, то ли совесть покоя не даёт. Не важно. Важно то, что мне с этим делать: наказывать за игнор моих просьб или хвалить за честность об игноре моих просьб? В более глобальном смысле честность важнее, да? Оставить тогда ребёнка в покое? Мне это тяжело даётся, ведь все эти «правила», которые она к псам за моей спиной посылает, имеют место быть только по одной причине: научить Соню делать правильные выборы, я вообще еле выживаю, представляя, что у меня не получится показать ребёнку, как надо о себе заботиться. Ужаснусь от мысли и обрастаю сразу глюками о том, что на каждом углу опасность и без военной (моей) подготовки Соне не выжить.

Помимо этой сравнительно небольшой проблемки, страсти прошлых недель потихоньку улегаются (почему «улегаются» майкрософт подчёркивает красной чертой?), и мы возвращаемся к долгожданному штилю. Я обожаю штиль: когда каждые утро, день и вечер одинаковые, когда знаешь, что идёт чередом за чем, когда, наконец-то, после нескольких недель взрывов психованных гранат с литрами слёз для пущего поражения я могу расслабиться и заняться тем, для чего материнство предназначено: болтовнёй – бесполезной, душевной, осмысленной, лёгкой, глупой, мега-интеллектуальной. Пока Софья будет болтать, рассказывать истории и задавать мне вопросы, я спокойна. Особенно много вопросов в последнее время о единорогах.

Болтовня-то и способна перевесить чашу весов в пользу «честность важнее». Но вся ли болтовня – хорошая болтовня? Инстинктивно я сразу бегу согласиться, но это согласие как розги. Что если правда не прямая, а исковерканная? Она исковерканная? Правду вообще возможно исковеркать? В потоке неостановимых раскаяний Софья призналась, что обсуждала со своей подружкой, как я на неё кричу. И это правда, за прошлые три недели я глотку почти сорвала. Соня такое устраивала, что жизнь превратилась в кошмар, а материнство – в сожаление. Я орать не люблю вообще, кричать на беззащитного ребёнка - стрёмно, и я отлично справляюсь методом поощрений и наказаний, которые до сей поры работали безотказно, пока, к моему ужасу, не отказали. Когда пытаешься достучаться до семилетки, бьющейся в бесконечной истерике и шансы на компромисс машут ручкой, а ведь уже давно надо было выйти из дома, то однозначно все надежды на крик.

«Ты своей подружке рассказала, из-за чего я на тебя ругаюсь?» - «Нет, я не знаю, из-за чего.» СТОПЭЭЭЭ. ЧЁЁЁЁЁЁ? Ты каждую свободную минуту кидаешься в истерику (из-за спортивных штанов, например!), стабильно обвешиваешь меня лапшой, не делаешь ничего из того, что я прошу, и не понимаешь, что из этого меня расстраивает? Опять ложь. На этот раз ложь мне как серпом. Ничего себе. Она правда не понимает? Так и пронесёт в душе и памяти через жизнь картинку о вечно орущей маме, пока не накопит денег на кушетку у психолога? Или просто отказывается брать половину ответственности на себя? Или я вообще мимо истины? Ответа нет. Но есть чувства, и они отвратительные – грусть, обида, неприязнь, и ощущение полного провала. Я поплакала, провела ночь в бессоннице. Я разочаровалась в себе, разочаровалась в дочери. Кричать на ребёнка – приятного мало, это бесспорно, но если ты решила осудить моё поведение, за своё тоже надо нести ответственность?

Или не гоже это – меряться справедливостью с семилеткой? Но как подводить моральные стандарты ребёнка под стандарты взрослого – в чём тогда смысл воспитания? Путь этот, конечно, тернистый, но я хочу надеяться на то, что в нашем доме совместная жизнь будет означать, что мы друг другу сможем указывать на провалы и двойные стандарты, и что это будет ок.